Header image

Давайте главную роль в своей жизни сыграем сами

16:46, Четверг, 5 Ноябрь, 2015 | Cuvinte-cheie: , ,

Во всех жизненных обстоятельствах нам надо помнить: решение, которое мы найдем, не всегда приятно, но оно, без сомнения, всегда полезно. И еще: не всё, что приятно, является решением. Мы хотим расслабляющего нас решения. «Пусть Бог решит мои проблемы, но чтобы сложилось всё так, как я хочу!» – говорим мы.

– Я должен выучить 200 слов. Что мне делать?!
– Учи!

Кто-то написал мне: «Я должен выучить 200 слов и составить из них фразы. Скажи, что мне делать, дай мне какое-нибудь решение!» Я ответил ему: учи! Решение заключается в том, чтобы ты упражнялся. Снова и снова. Чтобы дошел до грани усталости, но не перешел ее, не переутомился. Чтобы ты продвинулся, насколько можешь, вперед, устал, и тогда ты принесешь плод, и будет результат. Это измотает, но не существует другого решения для того, кто идет на приемные экзамены, для того, кто читает и устает. Это полезно для души, но неприятно нашему нраву. Приятно нам то, что расслабляет. Нам хочется отдыхать, сидеть, смотреть телевизор – это приятно. А когда надо читать по 4–5 часов и выполнять домашнюю работу, это утомляет.

Потому я и говорю, что решение, которое Бог иногда дает нам, приходит нам от Него, но нам не нравится, потому что оно неприятно. Оно немного болезненно. Оно немного трудно, а мы привыкли к подаркам и всегда связываем их с приятным чувством и говорим: а какой подарок сделал мне Бог?

И, несмотря на это, всё – дар. Всё, что Бог дает нам в ответ на то, о чем мы молимся, – идет нам во благо. Ничего, что мы поплачем. В тот час, когда плачем, мы хорошо делаем, что плачем, у нас есть право на это, но через месяц, через год мы будем вспоминать этот плач и говорить: «Ничего, что я плакал; я плакал потому, что был тогда упрямым. Случившееся со мной, по сути, было благом, это было для меня, это помогло мне, растопило в моей душе пристрастия, болезненные состояния, путаницу в душе. Бог стряхнул их с меня, и всё сложилось к добру, хотя мне было больно и я в тот момент плакал».

Эйнштейн сказал нечто весьма хорошее: ум, создающий проблему и путаницу, не может сам решить ее. Мне это очень понравилось. Иногда запутываешься в собственном уме и оказываешься в ступоре. А тот ум, который запутался, не может сам решить проблему, потому что он ее и создал. Значит, что нужно? Другой ум. И это ум Христов, ум Христовых людей, ум какого-нибудь нашего друга или подруги, более просвещенный и более быстрый в данный момент.

Иногда у нас бывают трудности, мы запутываемся и сами пытаемся их решить. Но не получается. Например, одна девушка писала мне о лекарствах, которые она семь месяцев не принимала, и всё писала и писала, а я ей не отвечал, потому что, если ответишь, начнется бесконечный диалог. Всё начинается с одного: «Здравствуй, мне не хотелось бы тебя утруждать!» — и так проходят два часа. Я сказал себе, что подожду, прежде чем писать ей. Она мне написала: «Я не принимаю лекарств, думаю, что… – и так далее, а в конце пишет: – Думаю, единственный выход – это разойтись с тем человеком, который со мной, или покончить жизнь самоубийством!»

То есть естественно, что она это сказала: ведь ее ум был запутан, и она не могла сама найти решения.

Потому мы и встаем, пусть немножко и через силу, идем и говорим: «Прошу вас, отче, скажите мне что-нибудь, помогите мне». Мы идем к нашему духовнику. Или к какому-нибудь человеку, своему другу, христианину, которого можно спросить: «Как ты смотришь на это? Это нормально, или мой ум затуманился и я не нахожу решения, потому что запутался?»

Когда я стал священником и начал исповедовать, то есть когда архиепископ прочел над нами специальную молитву, был один игумен в монастыре Оропо, и он сказал мне: «Да пребудут мои молитвы с тобой! Теперь ты, как духовник, будь осторожен с женщинами! Как бы они не свели тебя с ума!» Я сказал ему: «Совершенно исключителен этот совет!» Здравствуйте! Мы стали духовниками, и чтобы мне сказали такое? Я сказал себе: «Совершенно исключительным кажется мне этот игумен». Так я сказал себе тогда. А сейчас говорю: Пресвятая Богородице, даруй ему долгих лет жизни! Он знал, что говорил, потому что сам испытал это. Кто сам испытал, тот знает и учит других. Он сказал мне эти слова: «Смотри, как бы они не свели тебя с ума!»

Некоторым не исповедь нужна, а разговор. Давайте не путать этих вещей

Итак, мы идем к духовнику или к каким-нибудь другим людям – потому что некоторым не исповедь нужна, а разговор. Давайте не путать этих вещей. Духовник исповедует, но у исповеди нет цели – подробно обсудить с ним всю твою жизнь. Давай объясню тебе это по-другому.

Психоаналитик или психолог держит тебя 45 минут, ты говоришь, говоришь, затем суешь руку в карман и протягиваешь ему 50 евро. А тут по-другому. Потому что это работа другого сорта. Духовник исповедует, выслушивает грехи, и если бы надо было выслушивать каждого по часу, то ему пришлось бы исповедовать в день по два-три человека, чтобы всё это выдержать. Но у аналоя ждут не двое-трое, а гораздо больше людей, и всем нужно время. Конечно.

Однако некоторым нужен не духовник, а человек, перед которым можно было бы раскрыть свою душу, а это мы прекрасно можем сделать в какой-нибудь хорошей компании, в семье друзей, с хорошим другом, открыться ему и поговорить. Кто делает это, те находят и утешение, и решение своих проблем. Кто-то сказал мне: «Отче, я рад, что у меня есть хорошие друзья, и когда у меня возникает какая-нибудь путаница и ум застопоривается, я иду к ним, чтобы поделиться проблемой и помочь себе».

Но скажу вам и другое. Другой не даст тебе готового решения. Не ищи решения ни у духовника, ни у друга: ты сам должен принять решение, касающееся твоей жизни и твоих проблем. Очень легко отфутболить мяч, у нас есть такая привычка – отфутболить другому мяч и сказать: «Отче, что мне делать? Скажите мне! Принимать это решение или не принимать?» Да, но если я скажу тебе: «Не принимай его», – а через несколько лет случится что-нибудь со здоровьем, появятся душевные проблемы, болезни, пятое, десятое, тогда ты будешь говорить себе: «Он сказал мне, и я принял его!»

Что бы ни случилось, ты будешь кивать на меня. А ответственность должна принадлежать тебе. Это очень важно.

Христос пришел на землю, чтобы мы научились ступать собственными ногами и искать у нашего духовника прощения наших грехов, просвещения, чтобы по его молитвам очистился наш ландшафт. Когда туман и облака исчезнут, ты будешь видеть всё ясно и примешь решение.

Ты говоришь: «Я хочу сделать то-то и то-то!» Не я буду говорить, что тебе делать. Потому что таким образом мы не воспитываем зрелых людей во Христе, а «больных» людей, которые всё время спрашивают: «Скажи мне, что делать? Отче, какую машину купить? “Тойоту Ярис” или “Фиат”?.. Я решил в конце концов: возьму “Фиат”. Но серебристый или белый?»

Я слышал о невероятных случаях, когда обо всем спрашивают решения у других. Но это для монастыря, где монахи по 24 часа в сутки вместе, они вместе живут, вместе едят, обитают в одной среде, и их жизни переплетаются. А здесь, в миру, каждый не может спрашивать духовника обо всем, чтобы тот решал его проблемы. Научись молиться, чтобы Бог просветил тебя.

Тут мы подходим к другому серьезному вопросу: «Хорошо, но если я сделаю что-то и выйдет ошибка?» Если выйдет ошибка? Тогда у тебя получится то, что получалось у всех людей. Что? Ошибка. Почему ты так боишься ошибки? «А если я совершу ошибку…» Я не говорил тебе, чтобы ты совершал ошибку. Я просто объясняю, что в жизни никто не учится чему-то, не совершая ошибок. Никто.

В доме, где я живу, есть девочка, которая играет на пианино. Я знаю момент, когда она не на ту клавишу нажмет. Есть одно место, где – динь, динь, дин-н-нь! – она пропускает одну ноту, и каждый раз я говорю себе: «Ну давай, девочка моя, научись играть это место правильно!» Потому что если ты делаешь это пять месяцев, тебе, наверно, пора уже выучить это.

В начале пути мы будем делать и ошибки. Мать, когда видит, что ее ребенок выводит буквы в начальной школе, не ругает его, если он пишет ужасно, неправильно и всё марает, потому что говорит: «Он ребенок, он сейчас будет учиться, будет и ошибки делать». Важно то, что он прикладывает усилия, не сидит просто так, что он активен, берет жизнь в свои руки и борется.

Сделай что-нибудь! Даже если это будет ошибка, ты делаешь это не для того, чтобы оно стало ошибкой

Ты сделай что-нибудь! Даже если это будет ошибка, ты делаешь это не для того, чтобы оно стало ошибкой. Твое желание таково, чтобы это оказалось добром, – если же оно окажется ошибкой, пусть Бог просветит тебя, чтобы ты вовремя понял это и вернулся назад.

Это мне сказали в одном монастыре, потому что я тогда ни жениться не женился, ни монахом не становился, а всё сидел и ждал. Один духовник сказал мне:

– Ты стоишь на одном из путей, перед тобой пять дорог, и ты ищешь решения. Так чего ты дожидаешься?

Я сказал:

– Я должен сделать самое хорошее! Я хочу сделать такой выбор, который будет самым лучшим решением.

– А кто ты такой, чтобы делать самое лучшее? То есть 6 миллиардов людей на планете Земля постоянно рискуют, теряют, выигрывают, а ты хочешь, чтобы у тебя всё было совершенным?

– Так что же мне делать?

– Иди по одному из пяти путей, лежащих перед тобой, решись и скажи: «Я пойду этим путем!» И если он ошибочен и ты почувствуешь это, то развернешься – то есть еще до того, как отправишься в путь. А если выберешь его и пойдешь по нему, то уже иди вперед. Если он ошибочен, то ты будешь идти с одной ошибкой.

Что делать? В жизни мы совершаем ошибки. Я купил дом, в котором сыро, и т.д. Можешь ли ты поменять его? Да. Поменяй. Не можешь? Оставайся там. Ты не выдерживаешь? Тогда переезжай. Но найди какое-нибудь решение в этом своем затруднении.

В любом случае не трясись перед ошибкой. Бог не смотрит строго на людей, прилагающих усилия. Вы видели, что сказал Христос той бедной вдовице? (См.: Мк. 12: 42–43) Денег, которые она опустила в ящик для пожертвований, было так мало, что они не решали ничего, потому что этими монетами не решалась экономическая проблема бедности, но Христос сказал не это, а: «Я смотрю на ее сердце, она положила в ящик от избытка души. Она положила больше всех, сделала самое лучшее из всего, что могла».

Это я могу, пусть просветит меня Бог, чтобы это оказалось хорошо. А брак – это лотерея, и монашество – лотерея. И жениться, и безбрачная жизнь – это как выйдет. Никто не может с уверенностью сказать: «Это у тебя выйдет хорошо». Откуда я знаю? Так что каждый может делать, что хочет, – своей ценой.

У меня есть дядя, который был не слишком церковным человеком, и пару лет тому назад он говорит мне:

– Отлично! Сейчас, когда ты уже устроился, тебе пора и жениться! Ты нашел работу, стал попом, преподаешь в школе. Отлично!

Я ему сказал:

– Но, дядя, это не получится. Поезд уже ушел!

– Как, действительно?

– Да!

– О-о-о, дитя мое, то, что ты сделал, это очень серьезно!

Какие решения давали святые? Некто пошел к старцу Порфирию и спросил о своем родственнике, продолжать ли ему принимать лекарства-антидепрессанты. Он спросил его, каким будет решение: принимать лекарства или перестать?

Потому что в Церкви некоторые говорят: «Я здесь нашел всё, я не хочу ничего другого. Бог лечит меня от всего!» То есть если он сломает ногу, то идет к Богу, когда головная боль – идет к Богу, проблемы с желудком – всё к Богу. Преподобный старец Порфирий, однако, говорит:

– Скажи своему родственнику, пусть продолжает принимать их, потому что не может быть решения без лекарств.

У Богом озаренных людей была уравновешенность, они не бросались в крайности. Они не говорили: «Брось лекарства, обращайся только к Богу!» – потому что лекарства Бог дал.

Второе. «Мой ребенок запутался. Какое решение мне найти? Начать кричать на него, ругаться?» Наши обычные решения – это панические решения. Решение, которое мы находим, принято нами в тревоге и стрессе. А результат таков, что, когда ты в стрессе, ты всё делаешь неверно. Святые же, которые были просвещеннее нас, не делали столько грубых ошибок.

Какие бы решения мы ни принимали, мы поймем, годятся ли они, по результатам, то есть не по тому, что мы говорим, а по тому, каков плод. Невозможно, чтобы мы говорили хорошие слова, а в доме царил разлад, были нервы, ссоры, чтобы мы не разговаривали друг с другом, но твердили: «Я в любом случае говорил правильно!» Чтобы нашлось решение, твое поведение должно быть хорошим.

Святые давали советы каждому человеку в отдельности. Один нуждается в этом лекарстве, другой в другом, третий в аспирине, четвертый в операции, а пятый в трансплантации органов за границей. У всех не одно и то же. И мы должны говорить это: «Боже, просвети меня, какое решение мне принять!»

Чтобы Он мог нас просветить, мы должны войти в себя: где-то в глубине нашей души нет нерешенных проблем. Запомните это: человек, который молится, входя в глубину своей души, увидит там состояние полного спокойствия, где все проблемы решаются.

Все наши проблемы – внешние. Всё это на периферии души. Христос говорит: «Не бойтесь людей, которые смущают вас внешне и могут предать на смерть, потому что они вам ничего сделать не могут» (См.: Мф. 10: 28). Внутри вас есть сад, там, где находится Святое Крещение, где Святой Дух, где полный покой и полное умиротворение. Не знаю, сколько раз в день вы заходите в этот сад. То есть, когда сидишь на диване, в кресле, на кровати, надо закрывать глаза и убегать от стресса, который причиняет тебе рассудок, потому что не душа причиняет стресс – у души в ее глубинах нет стресса, там тихое море, там Святой Дух, – а помыслы, рассудок несут стресс.

Рассудок сводит человека с ума. Когда мы выступим за пределы рассудка и остановим свои мысли, – кто ощущает это даже на несколько секунд, те чувствуют себя так, словно поехали в путешествие на Гавайи, то есть исключительно прекрасно, ничего на них не давит, всё исключительно хорошо. Как влюбленный, которому говоришь: «У нас экономический кризис», – а он отвечает: «Какое мне до этого дело! Я влюблен». «Когда я целую девушку, – говорил один человек, – кризис меня не интересует. Я где-то в другом месте».

Все проблемы решатся: если не в этой жизни, то придет конец, и он их решит

Вот это «в другом месте». Когда мы почувствуем это «в другом месте», тогда решения будут приходить легче, потому что мы будем в контакте с «каналом коммуникации» с Богом, а им является именно молитва. Не знаю, сколько времени вы с утра до этой минуты молились, не знаю, сколько вы молились на святой Литургии, на которую ходили, – ведь ты можешь ходить в церковь, а ум не желает умиротвориться и всё думает о проблемах, волнуется и думает о чем-то другом. Однако все проблемы решатся, и если не решатся в этой жизни, то придет конец, и он их решит. Поймите это.

У одного человека была теща, которая много говорила, и решения этому не находилось. Она говорила-говорила-говорила и не останавливалась. Когда она умерла, под ее именем написали: «Наконец умолкла такая-то». Человек, написавший это, сказал себе: этому нашлось решение. То есть теми или другими путями, но решение непременно придет.

Некоторым людям, которые ругаются между собой, моим родственникам, и ищут решения этой проблемы, я говорю: «Ну, чадо мое, подумай о том, что когда-нибудь придет конец, и ты будешь об этом жалеть. Пойми, что человек, с которым вы ругаетесь, однажды уйдет из этой жизни, и ты потом будешь говорить себе: “Ну почему же мы не помирились?” Поэтому найдите какое-нибудь решение этому».

Никто не может реально помочь нам в том, что мы должны сделать сами. Другие нам помогают, но давайте главную роль в своей жизни мы сыграем сами. Пусть каждый находит решение в своем борении. Ведь решение есть у всего.

Архимандрит Андрей (Конанос)
Перевела с болгарского Станка Косова

Православие.RU

217054.p