Header image

Гимн «Наш язык» – творение двух священников, исповедующих истину и красоту

12:43, Четверг, 31 Октябрь, 2013 | Cuvinte-cheie: ,

Святой апостол и евангелист Иоанн говорит: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1:1). Следовательно, слова исходят из божественного источника, и язык является священным, независимо от его динамики.

Но святость – это абстрактное понятие для простых смертных. И в этом смысле художник призван перевести то, что ему было позволено было узнать, в зрительные, слуховые или чувственные образы. Христиане в целом имеют поэтическую душу. Первые поэты сочиняли псалмы и гимны, прославляющие Бога. «Поэзия, вдохновленная христианством, берет свое начало в религиозных гимнах ранней Церкви. Из посланий апостола Павла мы знаем, что на религиозных собраниях читались псалмы, славословия из Библии» [1, с 8-9].

Стихотворение «Наш язык», написанное священником Алексеем Матеевичем, прекрасно вписывается в эту традицию, принося похвалу нашему языку как способу воплощения Бога. Хвала, переданная словами, прекрасно сочетается с музыкой, написанной другим священником – Александром Кристя, став «яркой одой», «Марсельезой Бессарабии» [2, с 26].

Напомним, что Матеевич впервые прочитал свое стихотворение-манифест на Конгрессе учителей, который состоялся 25-28 мая 1917 года. Елена Алистар, присутствующая на этом событии, позже вспоминала: «Как будто вижу его: священник среднего роста, достаточно плотного телосложения, с пышными каштановыми волосами, не очень длинными, с короткой бородой и добрым взглядом выразительных глаз, идет робко к трибуне в Епархиальном зале, откуда обычно произносят речи. Когда он появился в дверях, все публика встретила его аплодисментами, которые заставили его покраснеть, и он был так смущен, что даже не мог начать стихотворение. Во время чтения его голос вибрировал в каждом слове, с требуемой интонацией. Чувствовалось, что поэт передает тебе безграничную любовь и восхищение нашим языком, так хорошо воплощенные в этой жемчужине румынской поэзии. Яркая искра, рожденная в горячей душе поэта, заставила многие сердца вибрировать, но многим стало стыдно. Я помню, что после того как он закончил чтение стихотворения, люди в зале были поражены» [3, с. 24]. Эта сцена напоминает искреннюю проповедь ревностного служителя. Сам текст, как представляется, имеет структуру проповеди (композитор Кристя сумел передать эту идею в музыке): начинается с исповеди (сначала о месте языка в нашей жизни как народа, затем о судьбе языка в пространстве между Днестром и Прутом в начале ХХ века) ​​и заканчивается призывом к современникам и преемникам. Ссылаясь на хроники времени, Николай Дабижа называет это стихотворение «песней, стихами и молитвой одновременно». Возможно, автор и видел в нем молитву, и именно поэтому он озаглавил стихотворение «Наш язык», со ссылкой на «Отче наш» (и не потому, что он избегал назвать язык, он это сделал в своем выступлении перед той же аудиторией).

«Секрет успеха» этого стихотворения, которое сразу же было опубликовано в газете «Cuvânt moldovenesc» (Молдавское слово, № 49/21, июнь 1917 г.) в том, что Матеевичу удалось собрать в нескольких его строфах большинство священных понятий нашего края: земля, дойна, любовь, хлеб, кодры, Днестр, Лучафэрул (утренняя звезда), старинные хроники, Церковь. Михай Чимпой объясняет «очарование этого гимна» «умением передать чувства, отмеченные ореолом святости, в простом образном рисунке [4, с 83]. И в самом деле, метафоры, найденные поэтом, кажутся очень простыми, доступными для каждого (как, впрочем, и язык), но только избранному они были открыты (как настоящее сокровище).

Это стихотворение является кредо Матеевича – homo christianus. В языке он видит бессмертие народа («Limba noastră-i foc ce arde/într-un neam…» – «Наш язык – душа живая / Пробуждённого народа»), христианское спасение («roi de fulgere de spintec/nouri negri…» – «Полыханье белых молний, Рвущих тучу в чёрном небе»), освящение потом этой страны через послушание, открытый код связи с водами, кодрами и утренними звездами, но, самое главное – средство общения с Богом. «Limba noastră îi aleasă / Să ridice slavă-n ceruri» («Словом предков мы по праву / Воспеваем в час урочный / Вековечных истин славу/ В светлом храме, в доме отчем») – это хвала Творцу через глубокое знание «жемчужин драгоценных».

Таким образом, кажется, будто Матеевич заранее дополняет Григория Виеру, подсказывая: правильно говорить на родном языке – это долг, причем долг… христианский. Священник-поэт не забывает напомнить в «проповеди», что только на языке, прославляющем Бога, можно говорить о «вечных истинах». У Матеевича, считает исследователь Анна Бантош, «любовь к языку принимает форму религиозного чувства к ценности, которое не должно исчезнуть. Язык […] является нравственной ценностью, рассматриваемой в свете христианской любви, основанной на факторе надиндивидуального» [5, стр. 95]. Именно христианское чувство побуждает Матеевича не только вознести хвалу румынскому языку, но и «обратиться к тем, кто портит язык […], кто утверждает, что наш язык слишком беден, чтобы выразить великие идеи, высокие чувства …. » [6 , стр. 343].

Это творение (текст и музыка) принесло известность и благодарность и композитору Александру Кристя, который озвучил мелодию через 19 лет после публикации стихотворения (1938) в Бухаресте, на национальном конкурсе «Румынская молодежь», когда он был отмечен Исключительным призом.

В 1995 году песня «Наш язык» стала Государственным гимном Республики Молдова, только составители выбрали всего пять строф, в которых лучше отражается местный колорит,  и это творение было выбрано, поскольку в нем увидели воплощение национального начала, призыв к объединению ради увековечивания нации.

Прот. Октавиан Мошин

 

Библиографические ссылки

 

  1. Petre Vintilescu. Poezia imnografică. Cluj-Napoca: Renașterea, 2005 (Винтилеску Петр. Гимнографическая поэзия. Клуж Напока: Ренаштеря, 2005).
  2. Dumitru Micu. Literatura română în secolul al XX-lea. București: Editura Fundaţiei culturale române, 2000 (Мику Дмитрий. Румынская литература XX века. Бухарест: Изд-во румынского культурного фонда, 2000).
  3. Alexei Mateevici. Genealogii, iconografie, evocări. Ediţie întocmită şi îngrijită, studiu introductiv, bibliografie de Vlad Chiriac, Chişinău: Ştiinţa, 2003 (Матеевич Алексей. Генеалогия, иконография, воспоминания. Сост., вступ. статья, библ. Влад Кирияк. Кишинев: Штиинца, 2003).
  4. Cimpoi Mihai. O istorie deschisă a literaturii române din Basarabia. Chişinău: Arc 1996 (Чимпой Михай. Открытая история румынской литературы в Бессарабии. Кишинев: Арк, 1996).
  5. Ana Bantoş. Doi poeţi mărturisitori: Alexei Mateevici şi Grigore Vieru. Tranziţia de la memorie la istorie. În: Limba română, nr. 1-4, 2009 (Бантош Анна. Два поэта исповедника: Алексей Матеевич и Григорий Виеру. Переход от памяти к истории. В: Румынский язык, № 1-4, 2009).
  6. Nicolae Dabija. Pe urmele lui Orfeu. Chişinău: Hiperion, 1990 (Дабижа Николай. По следам Орфея. Кишинев: Гиперион, 1990).