Header image

Митрополит Ташкентский Викентий: «Если будет общинность, то люди никогда не иссякнут»

20:21, Понедельник, 1 Декабрь, 2014 |

Владыка, в Ташкентской епархии активно ведется оглашение — люди принимают крещение после двенадцати огласительных встреч. После того, как человек крестился, он входит в церковь. Оказывается ли ему какая-то поддержка при вхождении в церковное собрание? Есть ли здесь какие-то проблемы?

Конечно, то, что мы сейчас оглашаем людей, — это очень хорошее дело, и многие люди благодарны, что есть такие возможности больше узнать о православной вере. Многие хотят знать, где можно учиться и получить какие-то знания, но, конечно, есть и такие люди, которые не хотят ничему учиться, не хотят посещать наши занятия, ищут какие-то лазейки для того, чтобы покреститься в другом месте. В Ташкенте есть армянская церковь, ее священник к нам хорошо относится, мы с ним общаемся, и он рассказал, что люди приходят к нему, чтобы он их крестил, потому что у него нет огласительных бесед. Конечно, есть люди, которые с любовью принимают огласительные встречи, остаются в церкви и стараются жить церковной жизнью. К сожалению, пока это очень малый процент от тех, кто прослушал огласительные беседы, но мы пытаемся поддерживать связь с людьми, которые крестились у нас, пытаемся дать им какие-то направления в жизни, как-то задействовать их в церковной жизни.

Святейший патриарх Кирилл благословил каждый приход организовать общины, чтобы на приходе была общинность, чтобы не было так, что никто никого не знает. Святейший Патриарх прислал письмо, где призывает всех нас организовывать общину в каждом приходе, чтобы прихожане знали друг друга, чтобы каждый мог быть задействован в жизни церкви, в жизни прихода, чтобы каждый знал проблемы и нужды своего прихода, чтобы люди были близки друг к другу, помогали друг другу в том, что необходимо. Мы стараемся это делать, и у нас есть такие как бы общества небольшие, с помощью которых мы пытаемся как-то привлечь людей к церковной жизни. Мы думаем, что сможем таким образом объединиться, дать возможность людям проявлять себя в жизни церкви, в жизни общества, в жизни нашего прихода, в помощи нуждающимся. У нас довольно давно есть социальное служение, которое как-то объединяет людей, а совсем недавно было создано Общество православных водителей. Ведь бывает, что служба в храме заканчивается поздно, и люди не могут добраться до дома, потому что уже не ходят ни автобусы, ни троллейбусы, и мы просим наших православных водителей, т. е. прихожан, имеющих машины, чтобы они развозили по домам тех прихожан, которые не могут добраться до дома. Так эти водители делают доброе дело.

Но пока это только какая-то начальная стадия развития общинного строя в приходе. В таких больших приходах, как наш Успенский собор, немножко сложней, у нас тут текучесть большая — человек приходит-уходит, один раз в год пришел, свечку поставил, и его уже нет. Конечно, есть и прихожане, которые ходят постоянно, и с ними надо сближаться, чтобы они были более дружными, объединенными какими-то делами, поступками, чтобы вместе делать что-то хорошее для общей жизни. Вот такая у нас сейчас направленность, и мы надеемся, что это даст новый виток в развитии нашего прихода и нашей епархии.

Есть ли положительные примеры создания таких общин и того, чтобы люди общались, объединялись в общем делании?

Есть приход о. Сергия Стаценко в храме св. Александра Невского, там общинность развита больше, они стараются так жить уже на протяжении года-двух. С другими приходами мы будем встречаться, будем передавать друг другу опыт. К сожалению, это для нас что-то совершенно новое, хотя когда-то для нас было новым и крещение через погружение, и крещение через огласительные беседы — это ведь тоже не было привычно, но потихонечку привыкаем, и это становится нормой жизни. Так же и служение общиной — казалось бы, старое забытое, но надо возвращаться к этому, и думаю, что это принесет большую пользу и задаст новый виток развития нашей церковной жизни.

Владыка, что, по Вашему мнению, должно быть в центре жизни общины, чтобы она сплачивалась? Что должно быть самым главным?

Евхаристия. Евхаристия — самое главное, причастие Тела и Крови Христовой, то есть Христоцентричность. Христос должен быть центром всего: и прихода, и общины, и всей жизни. Если мы будем любить Христа Спасителя, жить ради Христа, жить ради послушания Христу, того, чтобы послужить Ему, ради тех Его подвигов, того искупления, которое Он принес за нас, то мы тоже должны нести свое жертвенное служение. Вот когда мы так будем служить Христу Спасителю, когда для нас это будет живой жизнью во Христе, со Христом, тогда, я думаю, это будет очень сильная христианская жизнь.

Для нас, живущих в общинах и братствах, особенно радостно это слышать. Думается, что знание традиции дает вдохновение на общинную жизнь. В Ташкентской епархии ведь тоже были общины и братства. Была община о. Михаила Андреева, и об этом опыте сегодня почти ничего не известно. У о. Михаила была просветительская направленность — просвещение людей и вхождение в церковь. После революции о. Михаил вместе со свт. Лукой (который тогда был отцом Валентином) создали братство, Союз православных приходов, для защиты православия. Они пострадали за это от советской власти. Но они понимали, что необходимо жить именно так.

Благодаря этому братству мы приобрели свт. Луку, он был активным членом этого братства, выступал, проповедовал. Он выделился, и люди полюбили его, он стал священником, затем епископом и защищал православную церковь от всех нападений.

Если знать историю наших приходов, то здесь была община из многих священников. Тогда за это их гнали, их не любили, на них всячески клеветали.

В нашей поездке мы были в Фергане и Андижане, там сейчас совсем небольшие приходы, и кажется, что там очень трудно собирать людей, их очень мало, поэтому, может быть, здесь какая-то особая помощь нужна? Предполагается ли какая-то помощь епархии таким приходам?

Самая большая помощь — это чтобы местный священник был более активным и более близким к народу. Это самое-самое важное. То, что приход малый, это не проблема — чем меньше приход, тем лучше. Тем легче собрать людей, тем легче сделать его сильным и крепким, и большим. Если собрать хороший костяк активных прихожан, которые живут общинной жизнью прихода, то они пойдут везде и всюду и поднимут такой большой приход, что можно будет удивляться — откуда взялись люди, они же уехали? А оказывается, они здесь есть, и их много.

Конечно, есть «человеческий фактор» — уехал кто-то один из прихожан, очень нужный человек — бухгалтер, например, или певец, чтец, пономарь, и вот уже всё — рухнул приход, и не знаешь, что дальше делать… Но если бы была именно общинность, то никогда бы люди не кончались: один ушел, другой пришел, потому что все люди вместе, рядом. Мы очень активно сейчас пытаемся возродить воскресные школы для взрослых и детей — тоже одно из средств и способов для общения в жизни прихода. Если все прихожане будут ходить на эти занятия, получать религиозное образование, хоть малое, то, конечно, у них будет воодушевление на то, чтобы делать что-то большее. Потому что если человек понимает, что ему нужно жертвенно служить Богу, отдать себя Христу, не только брать, но что-то и отдать Богу, то это выльется в желание что-то сделать. А если оно выльется в активность одного, двух, трех, десятерых, а потом и многих прихожан, которые сделают очень многое для того, чтобы поднять этот приход на должный уровень, то люди будут приходить и будут интересоваться, желать разделить путь вместе с такой общиной — дружной, любвеобильной, трудолюбивой, жертвенной… А когда такого нет, то мы все имеем замкнутый слабый приход. Хотя слабых приходов, по тому, как я понимаю жизнь прихода, у нас нет. Слабость состоит только в том, что нет такого вожака, который бы людей как-то направлял, воодушевлял и т. д. Проблема есть только тогда, когда люди не активны в своей христианской жизни.

Наверное, одна из проблем состоит в том, что не во всех храмах епархии есть настоятель. Или есть, но приезжает в храм только в дни богослужений.

Да, есть проблема, что настоятель не всегда бывает на приходе, они меняются, уезжают. Недавно один батюшка, к сожалению, уехал, потому что у него сильно заболела матушка, и нужно было менять климат. Он служил, казалось бы, на очень маленьком приходе, но за десять лет он все что нужно наладил, и он мне говорил, что понял: приходской священник должен быть на приходе все время, никуда не уходить, потому что вот, казалось бы, слабый приход, никого как будто нет, но при этом каждый день приходит один, два, пять, десять человек по разным поводам: то причаститься, то пособороваться, то молебен отслужить, то просто посоветоваться, то еще что-то. Поэтому на приходе постоянно нужен священник, он востребован, а когда его нет, то, конечно, человек придет, священника не застанет и больше не придет. Нет священника и все — уже нет настроения в церковь идти.

От священника очень много зависит, но, к сожалению, у нас есть еще и такая проблема, что люди не воспитаны в духе активности жизни. Большинство современных христиан неактивные, они где-то на стороне, вдалеке.

А выпускники Ташкентской духовной семинарии? У вас ведь хорошие преподаватели…

То же и выпускники… Хотя мы, конечно, пытаемся как-то их пробудить от сна, но это сложно.

Вот идет процесс возрождения нашей церкви, и нельзя сказать, что все плохо, но мы видим негативные стороны жизни, и мы об этом говорим и пытаемся эти стороны как-то исправлять. Когда мы видим, что есть возможность что-то делать, то, конечно, мы стараемся это делать и побуждаем к этому наших семинаристов. Сейчас, например, они все назначаются консультантами в соборе. Это дает возможность семинаристу раскрепоститься, развить свою речь, так как он может с человеком поговорить, ответить на вопросы, что-то объяснить, растолковать. Это очень важно. То, что они проповедуют каждый воскресный день в соборе, — тоже для них большая подмога в том, чтобы они развивались и мыслили лучше, и могли свои мысли доносить просто, легко и доступно.  Есть возможности, и большие возможности, и те, кто старается, те развиваются и становятся для нас очень хорошими помощниками во всех направлениях.

Есть ли у семинаристов катехизическая практика?

Двенадцать огласительных бесед мы стараемся преподать нашим студентам, чтобы они знали, как оглашать людей; они присутствуют на оглашении, чтобы видеть, как и что мы говорим, как объясняем. Потом те семинаристы, которые усвоили этот материал, помогают нам на оглашении, сами ведут огласительные встречи. Сейчас у нас оглашение бывает по понедельникам, средам, пятницам и воскресеньям, и на эти беседы приходит очень много народа. Бывает по 50 человек, бывает и больше. Поэтому мы хотим сделать встречи каждый день, чтобы люди немножко как-то распределились. На эти ежедневные огласительные встречи будут приходить и наши студенты, это будет их практикой, а в то же время и добрым делом.

Беседовали Ольга Борисова, Олег Глаголев

18 сентября 2014 г.

Фото Любови-Лилии Клейменовой

КИФА №14(184), ноябрь 2014 года